23 июня 2008

Все рассказы / Оксана, "Мой рассказ"

Беременность протекала идеально. Оставался последний и очень важный этап – роды. Роддом и врача подбирала с особой основательностью. У меня не много знакомых, которые могли дать рекомендации, но я их тщательно собирала, плюс рекомендации акушерок с курсов, отзывы в интернете. Поднаторев в теории по родам, я знала почти все про так называемые естественные роды, и настраивала себя именно на такое разрешение, а выбранный доктор, как говорили, и как заявлял он сам, был сторонником именно естественного исхода событий. Я даже про разрывы думать не хотела. Мне казалось, что как и беременность, мои роды пройдут идеально. А как же может быть иначе? У меня же все должно быть на «пятерку». Я в институте всегда заходила на экзамен первой и уходила с пятеркой в зачетке, оставляя остальных дрожать под дверью.

 Вот наступила 40я неделя. Никаких признаков приближения родов я не заметила. Анализы были в норме. Следующие 2 недели я ездила на осмотр как на работу, начались тренировочные схватки и шли каждый день. Наконец, схватки стали настолько сильными и частыми, что я не могла ни заснуть, ни лежать вообще. Приехала в роддом сдаваться. Врач посмотрел меня, сказал, что раскрытие как и во время последнего осмотра 2-3 см, пощупал пузырь и объявил, что он плоский. Пузырь оказался действительно плоским (в лоток упало 3 грязно-зеленые капли воды, а в среднем передних вод должно быть около стакана). Увидев цвет вод, врач помрачнел еще больше, дал указание акушерке сделать КТГ. Результаты доктору сильно не понравились. А дальше все очень быстро произошло. Помню, что он объяснял мне про то, что у малыша асфиксия (воды зеленые, КТГ плохая), сказал про обвитие. Я удивилась, спросила, откуда он это знает, ведь на УЗИ ничего не видно было. Он объяснять не стал, сказал что-то типа для того он и доктор тут. Затем сказал, что в такой ситуации стимулировать роды никак нельзя, для ребенка в таком состоянии это очень плохо, а при моей родовой деятельности он собирался это сделать. Единственный выход – это кесарево. КЕСАРЕВО! У меня все поплыло перед глазами. Помню, что я пробормотала «если так лучше для ребенка, то конечно..», беспомощно глянула на мужа.. Через несколько секунд в родовой появилась каталка, мне стали ставить какую-то капельницу, перекладывать на каталку, я увидела как предательски трясутся мои ноги от того, что все мое тело била крупная дрожь. И вот меня уже везут по коридору в операционную. Мне хотелось крикнуть «Подождите, может быть все можно по-другому, может еще получится!», но я этого не сделала.

Операция под местным наркозом. Я была в сознании, все слышала. Темку увидела через 3-4 минуты после начала. Вернее услышала. Он закричал так беспомощно и отчаянно, что я следом тоже зарыдала. Повернула голову, увидела, как его вытирают на столе под лампой, отсасывают жидкость из легких, надевают кислородную маску, и цвет личика от сине-красного становится бело-розовым. Потом его поднесли ко мне, я взяла его за пяточку, ничего не видя от слез.

Затем мне сказали, что сына отнесут и покажут папе. И унесли. А вместе с ним унесли мой покой. С той секунды мне было все равно, что со мной происходит. В моей голове была лишь одна мысль о том, как там мой малыш ОДИН, без меня? Меня зашили и перевели в ПИТ. Конечно, ничего похожего на описанные в книгах чувства я не испытывала. Какая уж тут эйфория или удовлетворенность, не говоря уж о гордости или спокойствии. Разве я думала, что стану мамой в позе препарированной лягушки, что не смогу даже прижать к себе моего малыша, успокоить и наградить его за труды?? Я испытывала лишь глубочайшее разочарование и горечь по поводу происшедшего, безразличие к собственному состоянию, телу и ТРЕВОГУ за малыша. Ведь ему было в сто раз хуже, чем мне. Он вообще не понимал, ЧТО с ним произошло! Благо, мне его принесли сразу после перевода в ПИТ и даже приложили к груди. Это продолжалось совсем недолго, несколько минут, а потом Темку унесли. Вечером мне принесли его еще раз, еще несколько бесценных минут мы были рядом. Весь вечер и ночь я оставалась в ПИТе, и перевели в послеродовую палату меня только утром. Весь вечер и ночь я не могла уснуть. Тихонько роняла слезы в подушку и все думала, ГДЕ мой мальчик? Что с ним происходит? Как с ним обращаются? Как должно быть ему было одиноко и страшно эту первую ночь на земле. Не знаю смогу ли простить себе когда-нибудь, что все так вышло…?

Потом…потом все было хорошо, я была рядом с сыном. Хотя, в моменты, когда я не была занята Темкой (педиатр забирала каждый день их на осмотр), мысленно возвращалась к случившемуся. Вероятно, ужас и паника от того, что все произошло по какому-то злому сценарию, выливались в тихую истерику, когда слезы катились градом, и я никак не могла совладать с ними и заставить себя успокоиться.

 Первые дни дома морально было очень тяжело. Все, буквально все напоминало о счастливой беременности, о наших ожиданиях, надеждах, а взгляд в зеркало возвращал в действительность. Справиться с этими чувствами очень сложно. Сначала я не могла понять, что со мной, почему возникают эти потоки слез, истерики. Но поискав ответы на свои вопросы в интернете я поняла, что ситуация не уникальна. И мне стало легче. Я смогла вслух озвучить и признать проблему, а это первый шаг на пути к исцелению.

Я не знаю, могло ли в моем случае быть по-другому. Может быть, со стороны кто-то скажет, что я не благодарная, что должна поклониться врачу за здорового малыша, а не «аппаратного ребенка», как он выразился. Не знаю…Мне не дано прожить жизнь дважды, и ребенок у меня один, такой, какой есть, и я не могу его сравнить с ним же, но в случае, если бы родила сама. Я не могу обвинять во всем врача. Я не хочу, не будучи профессионалом, сомневаться в его компетенции, правильности принятого решения. В конце концов, я сама его выбрала, я сама к нему пришла, у меня было время отказаться от его услуг до родов. Но червячок сомнения точит мое сердце. Может быть, не стоило вообще заключать платный контракт, чтобы не было перестраховки со стороны врача? Может быть, операция была врачу удобнее/быстрее? А может быть во всем происшедшем только моя вина? Я не смогла отключить свою голову, не смогла довериться природе. Теорией запаслась, думала, знания мне помогут, а они как раз были лишними? Озадачилась не на шутку после 40й недели, стала думать, что со мной что-то не так, раз срок прошел, а я никакого приближения не чувствую…

Я знаю, что никогда не найду ответы на эти мучающие меня вопросы. Меня всегда будет коробить от вопроса «ты сама рожала?», который так бесцеремонно любят задавать любопытные знакомые и друзья. Мой ребенок навсегда останется «кесаренком». И хотя я не потеряла желание подарить жизнь еще одному человечку, я не хочу повторения. Я хочу, чтобы встреча с моим будущим ребенком, если мне суждено будет его выносить, была праздником. Я знаю, что мне придется многое преодолеть, но я не хочу верить в то, что книга «Счастье Материнства» никогда не откроется для меня с другой страницы.