24 марта 2009

Все рассказы / Дарья, "Не верю в свое счастье"

Очень хочется поделиться со всеми своим счастьем, хочется рассказать историю появления моих сыновей: первого посредством кесарева сечения, а второго естественным путем.

Начну все с самого начала. Моя первая беременность наступила неожиданно, я училась на втором курсе института и даже не была замужем. У нас с отцом ребенка не было ни единого сомнения по поводу ребенка, конечно мы решили его родить.

Беременность протекала нормально, несмотря на ежедневные поездки на электричке в Москву из Подмосковья и обратно, походы в библиотеки, посещение 4-х или 5-ти лекций в день и т.д. Анализы были в норме, вес прибавляла нормально, даже похудела вначале. Токсикоза не было.

Единственное осложнение было преждевременнное старение плаценты из-за ОРЗ, которое я перенесла в 19 недель.Но общем все шло своим чередом.

Пришло время определяться с роддомом, и мы решили заключить контракт с Видновским роддомом. Но к 8-ми месяцам у меня начались отеки, и врач в ж/к решила положить меня в роддом, только в Подольск, так как это наш районный роддом. Я, конечно, не хотела в больницу, но врач настаивала, говорила о вреде ребенку и т.д.

В итоге я согласилась, хотя теперь понимаю, что зря. Там я пролежала 9 дней в палате с девочкой, которая собиралась отказаться от своей дочки. Она храпела по ночам, несла всякий бред. Это было ужасно. Я ничего не ела, была в подавленном состоянии. За первые сутки пребывания там я похудела на 3 кг! Это же не нормально.

Мне делали какие-то общеукрепляющие уколы и давали мои же таблетки, которые я с таким же успехом могла пить дома и гулять последние дни в парке, отдыхать, а не валяться на жесткой кровати в духоте.

Единственное, что мне понравилось, это УЗИ. Только здесь мне сказали о пуповине в области шеи, которая и сыграла свою роль в родах. Меня даже не хотели выписывать, так как беременность на тот момент была 38 недель, но я сказала, что уже заключила контракт в другом роддоме, и им просто ничего не оставалось, как отпустить меня.

После выписки из Подольска мы поехали в Видное, заключили контракт. Встретились с врачом, сделали УЗИ, врач внимательно меня посмотрела, все расспросила и сказала приезжать через 3 дня, заранее ложиться в паталогию, чтобы исключить осложнения из-за стареющей плаценты. Очень не хотелось ложиться рано, но что делать.

 ПДР у меня был 19 июня, я же легла 11 июня. Сразу сделали КТГ, ребенок был в норме, шейка на тот момент уже начала размягчаться, раскратие было 1,5 см, поэтому никакой стимумяции не применяли.Сделали еще одно УЗИ, про обвитие опять никто ничго не говорил.

Потом наступили праздники, врач сказала, если что - звони. Я прислушивалась к каждому шороху внутри себя и ждала. Я просила своего малыша поскорее родиться, так хотелось, чтобы все быстрей закончилось.

Но ничего не начиналось. Единственное,что радовало, это хорошые бытовые условия, отношение персонала, возможность погулять и увидеть родных. Я гуляла с мужем по полдня, остальное время отсыпалась.

В понедельник мне начали делать фон, готовить к родам. В четверг был мой ПДР, в пятницу утром пришла врач и сказала пошли. Она посмотрела меня на кресле и тут же проколола, точнее проковыряла ножницами пузырь. Он был очень плотным. Воды были чистыми. Мне сделали клизму, я собралась, позвонила маме, мужу и пошла рожать. Меня привели в отдельный родблок, я легла кровать и стала ждать.

За окном шел дождь, и мне стало так грустно, что захотелось плакать. Живот очень слабо ныл, время шло, врач решила поставить капельницу с окситацином. Процесс пошел быстрее. Пузырь мне прокололи примерно в 10.00. В 12 начались схватки. Хотя сейчас я понимаю, что можно было еще ждать, но видимо медперсонал решил побыстрее со мной управиться.

Примерно в 9 вечера раскрытие было полным. Вроде бы все шло нормально. Монитор показывал, что малыш в норме. Самое больезненное было для меня, когда врач мне смотрела на схватке раскрытие. Я отползала от нее к изголовью кровати. Сейчас вспоминаю, аж мурашки по коже. Врач говорила, через час родим, через полчаса родим, но нет, мы не рожали. Потуги не начинались. При последнем осмотре, когда раскрытие было полным, врач скзала, что головка ребенка выгнулась и встала в костях таза лицом вниз. Конечно, она могла продолжить дальше мучить меня и моего малыша. Она предложила кесарево, я согласилась, так как уже плохо соображала.

Схватки продолжались, акушерка помогала дышать, чтобы облегчить боль. Потом повела меня к лифту, операционная была на другом этаже. Я подписала согласие на операцию и пошла. В операционной меня трясло, не знаю, от страха или от холода. Схватки не преращались, трудно было замереть и не двигаться пока анастезиолог делал эпидуральную анастезию.

Когда лекарство подействовало, стало так хорошо. Я помню, как со смной разговаривали медсестры, я болтала не закрывая рта, видимо такая реакция на наркоз. Через 10 минут от начала операции моя врач уже показала мне моего сыночка, я посмотрела на часы, было 22.34. Он схватил меня за нос, и его унесли. Он мне показался большим и желтым. Малыша забрали, а меня отвезли в реанимацию.

Там я сразу подумала, что обязательно рожу еще одного ребенка, пока не думала как. Наверное, врач приняла правильное решение по поводу кесарева. Мой малыш два раза был обвит пуповиной: один раз вокруг шеи, один вокруг груди, пуповины оставалось мало, и он не смог бы родиться сам, тем более все усложнило лицевое предлежание в родах. Все это рассказала врач моему мужу и маме при встрече с ними.

Потом я уже вспоминала, что когда мне еще в паталогии делали КТГ, на стене висел плакат, на котором были изображены различные варианты предлежаний, и я почему-то обратила внимание именно на лицевое. Может это совпадение, но вышло именно так.

Из реанимации меня перевели через 1,5 суток, в воскресенье. В понедельник принесли ребенка. Мы с ним были вместе весь день, а вечером я относила его в детскую, чтобы как следует отдохнуть. Я чувчтвовала угрызения совести, но персонал наоборот поддерживал меня. В 5-6 утра я его забирала. В роддоме все было вроде нормально, нас выписали на 8 день. Но самое тяжелое началось дома.

Я чувтсвовала себя хорошо, шов, конечно, болел, но в целом все было нормально. А вот моё психическое состояние оставляло желать лучшего. У меня просто началась деперссия по поводу того, что я "не смогла родить сама", как сказала моя бабушка. Я понимала, что моей вины тут нет, но все равно не могла успокоиться. Самым тяжелым было то, что я ни с кем не могла этим поделиться, потому что среди родных и знакомых никто не сталкивался с подобной ситуацией. Муж, конечно, успокаивал меня как мог, но это не очень помогало. И уже тогда я для себя решила, что второго ребенка рожу сама, и уже тогда начала изучать литературу по воросу самостоятельных родов после кесарева сечения. Выяснила, что оптимальный перерыв между родами 4-5 лет, и стала жить дальше, вынашивая в душе эту мысль.

Я закончила институт, отработала год в школе. Летом 2007 года мы втроем: я, муж и сын Федор поехали отдыхать на море. А до этого весной я посетила гениколога, сдала анализы на разные инфекции, оказалось все в норме. Вообще, я планировала беременность на декабрь, но после отдыха мы с мужем решили не откладывать это важное мероприятие. В августе я забеременнела. Второго сентября должны были начаться месячные, но их не было.

Я сразу поняла, что все получилось, как мы хотели. Но 24 августа мой муж сломал обе руки, и я, конечно, ухаживала за ним, да еще и работала целыми днями.

 Но несмотря на непредвиденные перегрузки, беременность проходила хорошо, не считая токсикоза и выявления ЦМВ. По этому поводу моя врач направиля меня в платный центр при Институте вирусологии, где из меня выкачивали деньги, пока мы просто не перестали туда ездить.

Когда я пришла вставать на учет в ЖК, врач сразу сказала, что будут делать кесарево, никто со мной возиться не станет и еще прошло СЛИШКОМ мало времени (4,5 года). Но я ее не слушала и сказала, что посмотрим еще, как все выйдет.

Я наслаждалась своей беременностью, старалась отдыхать, со старшим сыном много гуляли, пока наш папа был на работе. Когда пошла в декрет, отсыпалась впрок, зная, что потом особенно не поспишь, собрала сумку в роддом для себя и малыша, приготовила все пеленки, одежду, одеяла. Устроила генеральную уборку в квартире, помыла окна, как раз перед Пасхой.

УЗИ во время беременности я делала 4 раза. Первый раз в платном центре в 11,5 недель, чтобы убедиться, что с малышом все в порядке из-за ЦМВ. Потом в 22 недели делала в другом центре, но уже у себя в городе. Врач сказала, что малыш лежит поперек и скорее всего это мальчик, хотя я очень ждала девочку. Третий раз, в 32 недели, поехала на УЗИ в роддом. Там врач сказала, что это мальчик, он лежит косо, надо делать гимнастику, чтобы он лег ровно, т.к. даже для кесарева сечения это важно, чтобы не было осложнений во время операции. Я очень расстроилась из-за ее слов. Радовало только то, что пуповина была в норме, обвития нет. Еще на этом УЗИ мне посмотрели состояние рубца, оно оказалось очень хорошим. И это вселяло надежду, ведь именно это является одним из условий самостоятельных родов после кесарева.

В 36 недель, 14 апреля 2008 года, мы заключили контракт в роддоме г. Видное с врачом Мямишевой Ольгой Анатольевной. Во время нашего первого разговора я спросила, возможно ли мне родить самой. Она спросила: "Ты хочешь рожать сама?". Я ответила, что очень хочу. О. А. ничего не пообещала, но сказала, что такая возможность есть, будем смотреть. 28 апреля я приехала к О.А., она мне сделала последнее УЗИ. Оно показало, что малыш лег ровно, вес хороший для самостоятельных родов, рубец тоже. Потом врач посмотрела меня на кресле, шейка была уже мягкой, раскрытие 1,5 см. Это радовало. Врач в ЖК уже начала меня спрашивать, когда я ложусь в роддом для планового кесарева, я сказала, что никогда. Она твердила, что в праздники со мной возиться никто не будет,что шов разойдется, но я ее не слушала. Ольга Анатольевна сказала, что даже если плановое кесарево, то ближе к ПДР.

С Ольгой Анатольевной мы договорились, что если живот даже немного заболит, сразу звонить ей и ехать в роддом. Если же ничего не начнется, приезжать с вещами 8 мая.

В празники живот то ныл, то нет. Я думаю, это были тренировочные схватки. Все ждали этого малыша, а как ждала его я! Ждала и делала все, чтобы чтобы скорей его увидеть.Я принимала горячую ванну, ходила по лестнице, много двигалась,хорошо, что живот уже опустился, использовала мужа по назначению каждый день, растирала соски, но малыш знал сам, когда появиться на свет, и, видимо, это время еще не наступило. Я почему-то думала, что он родится пятого мая. Но ни пятого, ни шестого этого не произошло.

8 мая с вещами родители отвезли меня, но т.к. время мне О.А. назначила 15.00, я подумала, что она меня не положит. Она меня посмотрела, раскрытие было тем же, шейка мягкая. Могу родить в любой момент. Но все-таки она мудрая и смелая женщина, понимала, как мне хорошо будет дома и как тяжко ждать вроддоме, ведь у меня все в порядке, лишь небольшие отеки, с которыми я боролась вполне успешно. Я уехала домой и должна была позвонить, если почувтвую хоть малейшие изменения. Если все будет тихо, тогда уж 13 мая точно еду сдаваться.

 9 мая мы гуляли, смотрели салют, отдыхали и ждали. Но ни 10, ни 11, ни даже 12 он не хотел родиться. 13 мая рано утром муж отвез меня в роддом и оставил там. По его взгляду я поняла, что он очень волнуется.

Меня оформляли и выяснилось, что у меня повышена температура и давление, наверно из-за волнения. В палате попались очень приятные девчонки. Они сказали, что на кровати, на которой я лежу долго никто не задерживается, быстро уходят рожать. Я на это надеялась. Пришла врач (палатный, моя была на курсах), поговорила со мной, посмотрела на кресле и сказала, что матка готова, могу родить в любой момент. Мне назначили что-то для поддержания общего состояния, даже сейчас и не помню, какие-то уколы. Я успокоилась, и давление мое успокоилось тоже. Все было нормально.

14 мая, в среду, врач на обходе сказала, что разговаривала с Ольгой Анатольевной, и мы ждем схваток, чтобы сделать кесарево. Но ждать уже долго нельзя, так как уже идет 41 неделя, и плацента не в очень хорошем состоянии. Если ничего не начнется, будут не позднее субботы делать кесарево.

Я не могла даже мысли допустить об этом. Я сказала ей, что собираюсь рожать сама, и О. А. в курсе. Та очень удивилась, но сказала, что конечно все возможно. Я разнервничалась, позвонила О. А. Договорились, что она придет после обеда и посмотрит меня. Я ждала ее, как чуда.

После обеда, увидев доктора, я сразу успокоилась и даже обрадовалась. Она меня посмотрела, поковыряла там что-то, подавила и сказала, что ночью могут начаться схватки. Если нет, утром проколем пузырь. Дальше будет видно. Нужно было как следует выспаться. Я была так счастлива уже в этот момент, наверное, чувствовала, что все будет хорошо. Вечером приехали мои родители со старшим сыночком. Он мне привез красивую апликацию. Мы с ним погуляли, я поела суши. Вечером, конечно, волнение было, но очень приятное, теплое. Я знала, что скоро встречусь с моим малышом.

Утром я попила только чаю, есть не стала, боялась, вдруг будут делать кесарево и нужен будет наркоз. Мне сделали клизму, я переоделась и пошла в родовую. О. А. проколола пузырь в 10.25, он был очень плотным, так что я могла еще ходить и ходить.

Меня привели в шикарный родовой зал со специальной кроватью, которую потом превратили в кресло, джакузи, большим мячом, магнитофоном, столиком для обработки малыша. Такая красота вселила в меня какую-то торжественность момента. Ольга Анатольевна в последний раз спросила, может сделаем кесарево. Я решительно ответила нет. О. А. сказала, чтобы я молилась, ушла и велела поспать, если смогу. Договорились ждать схватки не более 4-х часов. Если они не нчнутся, придется делать кесарево, т.к. стимулировать нельзя.

Около 12 схватки начались, примерно с 15-тиминутным интервалом. Я очень обрадовалась, мне даже удалось подремать минут сорок. Меня разбудила врач в 13.00, посмотрела. После этого осмотра схватки стали чаще, каждые 5 минут. Пока все было очень терпимо. Я слушала радио, там была какая-то юмористическая передача. Я даже смеялась, пела песни. Схватки становились все чаще,сильнее, но О. А. сказала, что нам нужны схватки по минуте, не меньше, а у меня они были по 40-45 секунд.

Сделали но-шпу, чтобы шейка разглаживалась равномерно. Возможно, это помогло, но облегчения я точно не почувствовала. Схватки становились чаще, каждые 2 минуты, болезненнее. Я ходила между схваток, на них дышала. Это очень помогало. О. А. постоянно спрашивала, не болит ли живот в области шва.

Часов в 5 вечера О. А. посмотрела меня, а это с каждым разом было все больнее, и сказала, что придется лежать на левом боку, что шейка лучше раскрывалась, и голова малыша правильно встала в кости таза.

Схватки в таком положении были очень больными. Но все шло хорошо. Я держалась. Меня хвалили и врач, и акушерка. Я уже не следила за временем, за интервалами между схватками.

 Часов в 7 О. А. и Лариса, акушерка, пришли ко мне и уже не отходили до самого конца. Осмотры были ужасно болезненными, даже врач удивлялась, почему у меня такая чувствительность матки. Меня начало трясти, хотя они укрыли меня двумя одеялами. Сделали реланиум, чтобы немного меня успокоить, потому что я начала нервничать, боялась, что все повториться как в первых родах. Но поддержка врача очень помогала.

Примерно в 21.30 раскрытие было полным. Но особого давления в области таза я не чувствовала. Каждую схватку. О. А. дышала со мной. Лариса трансформировала кровать в кресло. Схватки так и были недолгими по 45 секунд, хотя мне казались бесконечными.

Понемногу в области таза стало давить, теперь мы дышали собачкой. Потом сказали потужиться. У меня сразу все получилось, но я почему-то стала падать духом, говорить, что больше не могу. Врач и акушерка поддерживали меня, говорили, что я все делаю правильно, называли меня "отличницей". Я почему-то это запомнила.

Было тяжело, так потуги были примерно 40 минут из-за коротких схваток. Одной схватки не хватало на две потуги, только на 1,5. Поэтому малыш медленнее продвигался последние сантиметры. Акушерка хотела надавить на живот во время потуги, но врач ей запретила, боялась разрыва матки.

Тужилась я раз 7, когда появилась головка, я даже не поверила. Мой малыш еще не родился, а акушерка уже спросила, в кого он такой беленький. Я как-то сразу успокоилась и за последнюю потугу родила своего Костюшку.

Сразу стало так тепло и хорошо. Его положили мне на грудь. Он так забавно мяукал. Когда отпульсировала пуповина, ее перерезали. Нужно было родить плаценту, а у меня не было сил. Но я просто напрягла мышци, и она из меня просто выскользнула. Потом Малыша приложили к груди, он почти не сосал. Его обрабатывали, брали анализы. Я позвонила мужу и маме, но они уже знали, опередили меня сами позвонили в справочную.

Я удивилась, что никаких разрывов и разрезов не было, хотя я к этому готовилась морально. Пришел анастезиолог, нужно было делать ручное обследование. Я ничего не чувствовала, провалилась в сон. Пришла в себя, услышав моего малыша. Все прошло успешно, никаких повреждений рубца не было.

Костю унесли, мне положили лед на живот. Акушерка была со мной, мы разговаривали, потом она отвела меня в палату, помогла улечся. Хотя была уже глубокая ночь, мы немного поболтали с моей соседкой и перед тем как уснутья подумала:"Я смогла, я САМА родила моего малыша. Как это здорово. Только теперь я поняла, как мудро все продумано природой, как прекрасно рождение ребенка безо всяких стимуляций и обезболиваний!".  Нас выписали на 4-й день, все врачи очень хвалили Ольгу Анатольевну и говорили, что мне очень повезло с врачом.

 Еще месяц я была в такой эйфории от того, что "сделала это".Не от того, что горжусь собой, нет. Просто потому, что моя мечта осуществилась. И теперь я никогда не соглашусь с теми женщинами, которые идут на кесарево без показаний, просто, чтобы избежать боли. Это глупо, ведь после естественных родов намного легче и быстрее восстановиться, чем после кесарева.

Пишу все это, впоминаю и плачу... от счастья, от благодарности тем людям,которые помогают появиться нашим "сокровищам" на этот свет. Спасибо вам, Ольга Агнтольевна и Лариса.